Neil Young & CRAZY HORSE «Greendale»

Neil Young Greendale

Warner Bros., 2003

«Дедушка гранжа» и один из основателей американской singer-songwriter tradition, которому в ноябре исполнилось 58 лет, знаменит, помимо прочего, редкостным упрямством и наплевательским отношением как к требованиям рынка, так и к ожиданиям публики, когда лично ему кажется, что вынашиваемая в данный момент идея достойна воплощения. Результат такого взгляда на вещи — немалое, учитывая почти сорокалетнюю карьеру, количество альбомов, переварить которые могут только его преданнейшие поклонники. Кстати, один из самых забавных инцидентов в истории шоубизовой юриспруденции — шумная тяжба между Янгом и Geffen Records, когда лейбл обвинил музыканта в том, что поставляемый им материал «нехарактерен». Впрочем, мировую славу ему принесло множество блестящих попаданий в дух времени и, соответственно, в чарты, в карман и душу потребителя — таких, как поп-кантри-роковый «Harvest» (1972), панкообразный «Rust Never Sleeps» (1979), или сотрудничество с PEARL JAM в альбоме «Mirrorball» (1995). Интересно, что саундтрек к фильму «Мертвец» — единственная, пожалуй, его работа, известная русскому человеку — был, в общем, довольно незначительным эпизодом на фоне других янговских достижений. Причина тому, скорее всего, в чрезвычайной напоённости большей части его творчества махровой американой, труднопроходимой для нашего слушателя. Янг — во многих отношениях человек очень близкий к земле, и не к какой-нибудь, а к своей, американской. Чуть не написал – «родной», что было бы неправдой, потому что Янг до сих пор не желает менять канадское гражданство, хотя и перебрался в Штаты еще в позднем отрочестве.

И из всего, что он сделал за последние лет эдак 30, «Greendale» демонстрирует близость к той земле наиболее демонстративно и убедительно. И одновременно является самым концептуальным альбомом Янга. По сути, он близок к рок-опере. Гриндейл — выдуманный Янгом типичный маленький американский городок, и песни повествуют о нескольких его обитателях, в основном членах семьи Грин, и событиях в их жизни, происшедших за отчетный период, что-то около пары недель. Основные фигуры: Дед (по словам Янга, его любимый персонаж), который ничего особенного не делает, читает газеты и высказывается насчет того, что раньше все было лучше. Его сын Эрл — безработный вьетнамский ветеран и психоделический художник-неудачник с женой Эдит. Сан, их дочка, девушка 18-ти лет, интересующаяся медиа и экологией, особенно на Аляске; еще она что-то сооружает из тюков сена на поле за городом, но никто не знает, что именно. Ее кузен Джед. Еще кое-кто. То, что с ними всеми происходит, выглядит вкратце примерно так.

На выезде из города Джеда останавливает коп по имени Кармайкл и желает осмотреть машину. У Джеда в салоне имеется порядком травы и кокса, так что копа приходится пристрелить. Джеда ловят и сажают в тюрьму. Все в шоке (кто бы мог подумать!). Когда Кармайкловы товарищи по работе собирают его вещи, чтобы отдать жене, то находят конвертик, помеченный «Ленор» и содержащий 200 баков. О конвертике решают умолчать. Ленор — хозяйка местной картинной галереи, куда Эрл регулярно и тщетно носил свои картины, вплоть до недавнего времени, когда его вдруг осенило, и он написал такой шедевр, что Ленор немедленно взяла и его, и все предыдущее. На ранчо Гринов прилетает на вертолете толпа журналистов с камерами и микрофонами, чтобы проинтервьюировать Деда касательно Джедова преступления. Дед в возмущении посылает их ко всем чертям и помирает от сердечного приступа, «защищая свободу хранить молчание», по словам Янга. Сан Грин, видя все это дело, начинает «пускать волны». Она забирается на статую орла в здании городской администрации, приковывает себя к клюву и начинает вещать в мегафон о коррупции в высших кругах и других несправедливых и полных лжи событиях… Опять набегают журналисты, и история широко освещается в средствах массовой информации. Параллельно выясняется, что то, что Сан делала с сеном на поле, представляет собой слово «war» таких размеров, что его видно с самолета.

Спустя некоторое время Сан (видимо, все-таки снятая с орла) направляется в местный бар, чтобы потанцевать под локальный бэнд. Там она встречает незнакомца по имени Эрт Браун, который слово за слово предлагает ей завтра ехать с ним на Аляску — и стать «богиней в планетной войне за спасение всего живущего». Она же предлагает ехать немедленно — надо только заехать к ней домой, и забрать кошку. Но кошку тем временем застрелили ЦРУшники, которые получили ордер на обыск комнаты Сан по формальному подозрению в хранении марихуаны. Так что приходится ехать без кошки.

Альбом заканчивается описанием ее сна, где она (опять же в мегафон) поет хором вместе с другими агрессивно одетыми в грязный камуфляж природными активистами про то, что планету надо спасать. По ходу действия появляются другие разнообразные персонажи — например, Дьявол с неясными намерениями, который живет в городской тюрьме, протирает Эрлу очки — так, что он, прозревши, рисует свой шедевр, подбрасывает Эрту Брауну что-то красновато-светящееся в питьевую воду и т. д.

Теперь о музыкальной стороне всего этого дела. Когда Янг не экспериментирует направленно с какими-то стилями (например, с электропопом в «Trans» или рокабилли в «Everybody’s Rockin’»), то это почти всегда кантри, но без каких-либо намеков на виртуозность, и с саундом, утолщенным и расширенным Янговским фирменным минималистски-тяжелым гитаризмом и прямой бесхитростной игрой его верного аккомпанирующего состава CRAZY HORSE. В большинстве песен инструментовка включает только ритм-секцию и одну гитару, кое-где губную гармошку или орган. Максимальное количество аккордов в песне — четыре. Как Янг говорит, все, включая вокал, записывалось в студии одновременно и с первого раза. Очень похоже — по корявости исполнения этот альбом вполне сравним с концертными записями. Янг поет в основном раздраженно-нервическим голосом, часто не обращая особого внимания на интонацию, дыхание и попадание в ноты. Интенсивно используется мегафон. Мелодии и риффы рудиментарно-традиционные, песни длинные, по 8-13 минут, вся история длится больше часа. В целом, если забыть про гитарный звук, выработанный Янгом в 90-х, можно вполне представить, что все это играется году эдак в 1969-70-м.

Очевидно, идеи, воплощенные в этом альбоме, для Янга крайне важны, потому что он альбомом не ограничился, а снял еще и фильм про семью Грин в излюбленной своей любительской манере, и поставил шоу, с которым недавно прокатился по Америке. Судя по отзывам, шоу происходит на фоне плоских фанерных раскрашенных декораций (ранчо Гринов, тюрьма и т. д.) а ля самодеятельный спектакль. Янг поет эти песни, а актеры (среди которых всякие Янговы друзья, роудиз и даже жена), представляющие гриндейловских персонажей, просто открывают рот, как под фонограмму. Официальный сайт Нила Янга посвящен целиком Гриндейлу, там можно найти подробную карту с описанием мест, фамильное древо Гринов, посмотреть на картины в галерее Ленор, и все такое прочее в этом стиле.

Мне несложно представить, что эту работу очень трудно принять, даже зная, кто такой Нил Янг, и какой он. Трудно проникнуться его чувствами, не будучи глубоко осведомленным о духе и формах американской провинциальной жизни. Большинство западных рецензий выглядели так, как будто критик, послушав, сперва замолчал смущенно, потом откашлялся и начал медленно, тихо так — Нил Янг все-таки, один из великих, но что делать, сказать-то надо… Лишь «Guitar Player» был в восторге. Можно вполне справедливо заметить, что драматургия и риторика на грани смехотворного, что неплохой принцип the first take is the best one сменился явственно на the first take is the only one, что принципы спонтанности, простоты и сырой энергии не должны переходить границу, за которой — неуважение прежде всего к поклонникам, которые с надеждой ждут каждой новой пластинки. Мое первое ощущение — как будто некий олдовый хобо и канавный философ уселся с кислой рожей на обочине дороги где-то в американской сельской местности и угрюмо карябает в своей засаленной записной книжке. Но в кармане залатанных джинсов у него где-то миллионов так 30, и кто-то еще дал этому типу матюгальник…

А теперь я расскажу, почему я люблю этот альбом.

Янг всегда был активно неравнодушен к разного рода проблемам, которые, по его мнению, угрожали корням и основам того лучшего, что есть в Америке. Он всегда (по крайней мере, после того как Вудсток остался более или менее позади) относился с уважением к традиционным ценностям вроде семьи и праведного труда. Он организовал ежегодную акцию Farm Aid, деньги с которой шли на помощь мелким фермерам, которые не могли конкурировать с сельскохозяйственными корпорациями. Он никогда не был эскапистом, когда это касалось социальных или политических вопросов, он болел за страну и за людей, и часто резко и бескомпромиссно высказывался по поводу того, что считал несправедливым. Судя по его последним высказываниям, ему очень не нравится, что происходит в Штатах при Буше, и что экологическая ситуация — самое важное, о чем человечество может думать сейчас. В альбоме «Greendale» Янг с любовью и болью нарисовал несколько персонажей, которых можно встретить где угодно в Америке, маленьких людей со своей красотой и уродством, и то, как их жизни сминаются под напором неких равнодушных к человечности, но человеками же порожденных сил. Он нарисовал все это в простых словах и звуках, используя метафоры и аллегории только как орнамент, а не как способ повествования, и гипертрофированно упрощенный, часто просто дилетантский музыкальный язык обрамляет их гармонично и естественно. Драматургически все линии развития сюжета (если можно их так назвать) не сходятся в итоге в каком-либо заключении, итог представляется в виде вопросительного знака. Что, как мне кажется, есть лучший способ побудить человека думать. Если я встречу жителя провинциального штатовского городка, и он будет рассказывать про свое житье-бытье и свои проблемы, он может показаться мне наивным недообразованным косноязычным простачком, живущем в совершенно чуждом мне мире. Пока я не пойму, что он говорит точь-в-точь о том же, что не дает покоя моей душе.

Василий К.

Tagged with: