Рори Гэллахер

Rory Gallagher

Rory Gallagher

Ирландия регулярно поставляет миру выдающихся рок-музыкантов. Рори Гэллахер был первым — и по времени появления на рок-сцене, и по тому влиянию, которое он оказал на всех, кто шел следом. При этом, когда речь заходит о Гэллахере, к его имени чаще всего прикрепляются два прилагательных: «великий» и «недооцененный». Так бывает, если музыканта интересует сама музыка, а не имидж и статус рок-звезды. Таких людей нечасто увидишь на обложках журналов, ими не интересуются тинэйджеры, их музыка не звучит из каждой форточки. Зато их именами потом называют улицы городов, где они ни разу не выступали.

Гэллахер действительно не был похож на рок-звезду. В эпоху фанфаронства, блесток, меха, атласа и шитья он выходил на сцену в ковбойке, потертых джинсах и с не менее потертой гитарой — легендарным рыжим «Стратокастером» 1961 года выпуска, купленным когда-то за 100 фунтов. Рори не расставался с этим инструментом до самой смерти, постоянно что-то в нем меняя и подкручивая, и в итоге нашел совершенно специфический звук, безошибочно вычленяемый даже в сессионных записях. Однажды к нему подошли два парня и спросили: «Мистер Гэллахер, как вы добиваетесь такого звучания?» Мистер Гэллахер, в свои 20 лет уже опытный и уважаемый гитарист, лидер TASTE, группы, наступавшей на пятки CREAM, сел и объяснил. Никто не рассказывает таких историй про Пейджа или Клэптона — они-то как раз были и остаются звездами. Что не мешает им отзываться о Гэллахере с неизменным восхищением.

Одним из тех ребят, между прочим, был Брайан Мэй. Теперь он говорит, что обязан звучанием своей гитары именно Гэллахеру. И очень похоже, что так оно и есть.

Рори Гэллахер был самоучкой, как и многие гитаристы его поколения. Он родился в городе Бэллишеннон 2 марта 1948 года. В 1956-м семья переехала в Корк. Годом позже мальчик выпросил у родителей подарок ко дню рождения — акустическую гитару. Когда ему было 12, выиграл денежный приз на конкурсе юных талантов и купил электрогитару. Он рос на американском блюзе и рок-н-ролле, его кумирами были Мадди Уотерс, Альберт Кинг, Джерри Ли Льюис — с которыми, кстати, он потом записывался как сессионнщик. В 15 лет уже играл в местных шоу-бэндах — была в Ирландии в то время мода на клубные группы с духовой секцией, исполнявшие кавер-версии радиохитов. Они постоянно гастролировали по стране; так Рори получил первый концертный опыт и, видимо, понял, что именно это нужно ему от музыки: дыхание зала, обмен энергией со слушателями. С тех пор он всегда предпочитал концерты сидению в студии, и наиболее удачными и прославленными стали именно «живые» его записи — особенно «Irish Tour 1974».

Группа TASTE появилась в 1966-м, а в 1967-м переехала в Лондон, поменяла состав и заслужила весомую репутацию, играя в знаменитом клубе «Марки». Они записали 4 альбома (два их них — концертные), гастролировали, играли на фестивалях и развалились в 1971 году: Рори было тесно в рамках группы, и дальше он выступал сольно, с аккомпанирующим составом. И ездил, ездил, ездил по миру: Австралия, Япония, США, Канада и вся Европа, конечно. Альбом «Live In Europe» 1972 года стал первым «золотым» в его дискографии. Он играл блюз с привкусом кантри, сочинял и пел простые песни о жизни — Гэллахер считал себя традиционалистом, а не новатором, он хотел одновременно сохранить аромат этой музыки и сделать так, чтоб она не казалась старомодной. В 80-х он почувствовал, что блюз уже мало кому кажется вечным — и, хотя никогда прежде не занимался продюсированием, создал лейбл «Capo», где хотел записывать именно блюзовых артистов. Это был благородный жест, ни к чему, впрочем, не приведший; ну, разве что последний и один из лучших альбомов Гэллахера «Fresh Evidence» (1990) был издан именно здесь.

10 января 1995 года, во время очередного концерта (на сей раз в Голландии) Рори стало худо: отказала печень. Его отправили в Лондон, серьезно лечили, но выздороветь Гэллахеру было не суждено, и 14 июня он скончался. Далее чередой посыпались события типа «что имеем, не храним, потерявши – плачем»: памятник в родном Корке, памятник рыжему «Стратокастеру» в Дублине, выставка-музей там же, ежегодная премия, учрежденная ирландским рок-журналом Hot Press (первым ее получил Эдж), куча трибьют-групп и многочисленные трибьют-фестивали (в той же Голландии они проходят чуть ли не ежемесячно), посмертные компиляции и переиздания дисков. Но эпитет «недооцененный» почему-то всплывает снова и снова. Наверно, потому что почти каждый из вас, читающих все это, знает, кто такие Пейдж и Клэптон, а о том, кто такой Гэллахер, узнал только сейчас. Хотя я буду рада ошибиться.

Екатерина Борисова
Опубликовано в журнале FUZZ №3/2008 в рубрике «Человек месяца»

Tagged with: