THE CURE «4:13 Dream»

0
5
views
THE CURE «4:13 Dream»
Geffen, 2008

«4:13 Dream» — 13−й студийный альбом легендарных гот-рокеров THE CURE — оказался таким, каким и должен был быть, сумрачным, капризным, ломким и чуть-чуть ненастоящим, как неизменно старомодные декорации фильмов Тима Бертона.

Этот альбом ждали долго. Лидер The Cure и единственный неизменный ее участник Роберт Смит то поддавался рефлексии и объявлял, что все им написанное надо немедленно отправить в мусорную корзину, то рассказывал журналистам о том, что у него слишком много песен и он никак не может выбрать, какие же из них все-таки надо издать, может быть, даже все. Вопреки прогнозам «4:13 Dream» так и не стал двойным альбомом, но, несмотря на самые тяжелые подозрения, оказался несколько удачнее пары своих предшественников. Возможно, именно потому, что в этот раз Смит многое мог позволить пустить под нож.

В 1980−х наркотический нервный поп THE CURE и провокационный имидж Роберта Смита стали причиной того, что группу, весьма быстро забросившую все околопанковские игрища и бодро дрейфовавшую в сторону мейнстрима, так и оставили в списках «отцов готического жанра»— вместе с BAUHAUS, THE SISTERS OF MERCY и SIOUXSIE AND THE BANSHEES.

Из всей когорты условных протоготов THE CURe оказались самыми живучими и работоспособными, но именно это-то и сыграло с группой злую шутку — блеск былой славы сохранять проще, когда в твоем багаже нет ошибок и самоповторов.
Роберт Смит утверждает, что его не волнует, что THE CURE теперь формально группа второго эшелона. Еще он знает, что вполне может писать такие же дерьмовые песни, как, скажем, у WHAM!, но вот только не видит в этом смысла. За его плечами «Pornography» и «Disintegration», он давно уже не уходит со сцены в слезах, но в его голове все осталось по-прежнему, а голос сохранил юношеские интонации. Где-то за бортом его реальности меняются стили, громыхают электронные и гранж-революции, а Смит, кажется, окончательно заблудился в своем заколдованном лесу, где все еще продолжает петь о распаде и смерти. Просто теперь у него это получается не так пронзительно, как раньше.

Наследие THE CURE продолжает оказывать влияние уже на следующее поколение музыкантов и тусовку вокруг них — на смену готам 1990−х пришли эмо, хотя вряд ли манерные мальчики и девочки нулевых в курсе, что отчасти обязаны своим существованием человеку, готовящемуся в следующем году разменять полтинник.

Ностальгия и признание старых заслуг — одни из самых главных причин снисходительности. Можно сочувственно улыбаться тому, что взрослый уже человек честно пытается завязать выпуск нового альбома на число 13: 13−й студийный альбом, 13 композиций, все синглы к «4:13 Dream» выходили по 13−м числам летних месяцев и даже релиз пластинки сначала был намечен на 13 сентября. Можно с грустью отмечать, что большой и серьезный артист, вот уже много лет работающий в шоу-бизнесе, до сих пор позволяет себе выкаблучиваться, когда речь идет о дате его нового релиза. Впав в очередной раз в хандру, Смит хотел отсрочить выпуск альбома до своего следующего дня рождения, но в самый последний момент дал себя переубедить. Можно, наконец, с тоской думать о том, что заглавная песня альбома слишком уж напоминает PINK FLOYD, и, наверное, это не так уж хорошо. Но, когда альбом заканчивается и беспорядочно угловатая «It`s Over» с истерически рефреном «I Lost Another Love» замолкает, приходит понимание того, что этот стареющий готический принц до сих пор не растерял способности создавать на пустом месте тот страшноватый мирок, полный печали, боли и злых насекомых, и заставлять всех смотреть на него своими глазами. А в глазах Роберта Смита этот мир до сих пор до боли прекрасен.

Людмила Ребрина