Jack White «Lazaretto»

Jack White «Lazaretto»

Jack White «Lazaretto». Third Man Records, 2014

Почти все великие рок-н-ролльные музыканты были абсолютными фанатами музыки, но мало кто из них превратил всю свою деятельность в уникальный просветительский проект. Джек Уайт же занимается именно этим, и довольно успешно. Например, на его счету выпуск эпической антологии «The Rise and Fall of Paramount Records, Volume One (1917-1927)» в двух толстых томах с аннотациями, к которым приложены шесть виниловых дисков с записями классических песен Paramount, а также USB с песнями, вышедшими на Paramount за первые десять лет работы. Их там 800 штук. И когда Джек говорит, что до него такого не делал никто — он совершенно не преувеличивает. Каталог виниловых релизов его лейбла Third Man Records также призван внушать трепет. Ванда Джексон, Seasick Steve, Том Джонс, Бек, Джонни Кэш и, конечно же, вездесущий Вилли Нельсон. Уайт очень четко видит свою роль в истории американской традиционной музыки и ревностно оберегает ее. Будь все иначе, ему бы не было никакого дела до того, что там делают парни из THE BLACK KEYS.

Однако второй сольный альбом  Джека «Lazaretto» теперь так и подмывает рассматривать как продолжение глобального проекта по реконструкции. Перед выпуском диска был устроен перформанс для Книги рекордов Гиннесса с установкой рекорда скорости выпуска пластинки — полный цикл от записи до штамповки винила. Все это, будем честны, в первую очередь демонстрация возможностей The Blue Room, где можно сразу же выпустить на пластинке запись концерта, а уже во вторую — оригинальное промо нового альбома. Виниловое издание  «Lazaretto» — иначе сведенное ultra-edition с двумя скрытыми треками, для прослушивания которых, как и положено, нужно переключать скорость вертушки — бьет рекорды продаж за последнее десятилетие. Уайт играет по правилам и срывает свой куш. Вот только музыка на этот раз, честно говоря, несколько отваливается на задний план.

Песни «Lazaretto» вдохновлены заметками, который Уайт писал в девятнадцатилетнем возрасте. Он обнаружил их на чердаке, перечитал и посмеялся, но вместо того, чтобы похоронить там же, где нашел, написал на их основе тексты для нового альбома. То, что это именно юношеские записки — очень слышно, особенно по песенкам вроде «Alone in my home». В некотором смысле, это полезный опыт: мы начали воспринимать Уайта как некую константу, забывая, сколько ему уже на самом деле, и какой путь он прошел.  Но все же было бы лучше получить этот самый опыт не в объеме целой пластинки. Конечно, глупо обвинять музыканта в полном отсутствии глубины, но именно на «Lazaretto» из него местами прет какая-то совершенно щенячья восторженность. Надо отметить, Уайт вообще довольно трепетно относится к своим детским впечатлениям. Как помните, «Seven Nation Army» растет оттуда же – будучи ребенком он именно так слышал словосочетание «Salvation Army». Впрочем, на «Lazaretto» нет ни одной вещи, что могла бы не просто стать вровень с этим хитом THE WHITE STRIPES, а даже отдаленно приблизиться к нему.

Однако на «Lazaretto» вы получаете ровно то, что ожидали. Еще один путеводитель «Рок-н-ролл — источники и составные части». Только фолка на этот раз чуть больший, чем обычно, процент. No big surprise. Альбом довольно символически открывает композиция «Three Women» — версия «Three Women Blues» любимого блюзмена Уайта «Слепого» Вилли Мактелла. Ей отданы честные кредиты, остальные кивки в сторону великих предполагается отгадать самим.  Кстати, здесь снова  всплывает аллюзия на строки «I Asked for Water (She Gave Me Gasoline)» Хаулин Вульфа. Для тех, кто в курсе, — это вечный праздник узнавания.

Джек говорит, что чувствует определенное давление, когда делает сольники, для него это несколько другая задача, чем работа в группе, когда ответственность за материал делится на всех. Возможно, поэтому в своих командах он дает себе чуть больше свободы. Или же он просто привык скрываться (с «Lazaretto» становится ясно, что тема человека-невидимки давно преследует музыканта). Раньше его укрывали старые каноны, теперь — еще и личина самого себя почти двадцатилетней давности. Во всем этом есть только один несомненный плюс — с тех пор, как Джек ударился в «южную готику», это первый раз, когда он пускает хотя бы немного света на свою территорию. Пусть это и отраженный свет давно погасшей юности.

 Людмила Ребрина

Tagged with: