EINSTÜRZENDE NEUBAUTEN «Lament»

Einstürzende Neubauten “Lament”

В последние годы мы мало что слышали об EINSTÜRZENDE NEUBAUTEN. Их предыдущая студийная работа «Alles wieder offen» выходила еще в 2007-м году. С тех пор группа отпраздновала тридцатилетний юбилей, переиздала ставший символом нового периода «Silence is Sexy», свернула эксперименты с поклонниками и обратной связью, и взяла отпуск — участники разбрелись по многочисленным сольным проектам. И вот «Новостройки» возвращаются. И чтобы снова заставить работать без сбоев всю свою разношерстную машинерию, Баргельд прибегает к излюбленному приему уклонения. Он записывает альбом, НЕ ЗАПИСЫВАЯ альбом.

То, что вы слышите на пластинке — лишь частичное отражение грандиозной постановки, в первую очередь рассчитанной на то, чтобы ее воспринимали со сцены живьем. То, что запись не дает полного представления о работе группы, проявляется на первой же композиции «Kriegsmaschinerie», которая, в общем, не инструментальная — текст к ней существует, только во время выступлений Бликса не проговаривает его в микрофон, а показывает на плакатах. Тогда же он обозначает то, что принято называть идеей произведения. «War does not break out, — говорит он, — It waits/For a singular but thousandfold/Hurrah».

«Lament» — это посвящение Первой мировой. И, надо признать, это тот случай, когда концепция, стоящая за музыкой, гораздо больше самой музыки. Для полного понимания пластинки необходимо минимальное знание исторического контекста. И, пожалуй, никогда еще этот контекст не был так страшно созвучен дню сегодняшнему, хотя вряд ли это задумывалось специально. Сейчас, правда, Бликса шутит, что легко мог бы переименовать композицию «The Willy-Nicky Telegrams» в «Angi-Vlad emails». Эта вещь — телеграммный диалог между кайзером Вильгельмом и царем Николаем II, где Баргельд озвучивает строки Вильгельма, а Александр Хаке Николая, — адаптация реальных телеграмм, которыми обменивались главы двух стран, призывая к миру на фоне реального развертывания боевых действий.

Весь материал «Lament» скрупулезно просчитан — от даты выхода альбома до последовательности треков, отражающих хронологию событий. «Der 1. Weltkrieg» перечисляет страны, участвовавшие в войне, в порядке вступления в нее. В основе «How Did I Die?» лежит песня «Die Rote Melodie»  — воспоминания о войне немецкого журналиста и писателя Курта Тухольского. Название композиции «Der Beginn des Weltkrieges 1914 (Dargestellt Unter Zuhilfenahme eines Tierstimmenimitators)» говорит само за себя — представленная в диалоге-имитации животных, она о том, как начиналась война в 1914 году. На «Lament» звучат и две песни THE HARLEM HELLFIGHTERS — военного ансамбля 369-го полка американской армии, набранного исключительно из жителей Гарлема. «On Patrol in No Man’s Land» поет Алекс Хаке, «All of No Man’s Land is Ours» поет Бликса.

Одна их самых важных вещей на альбоме — «Sag Mir, wo die Blumen sind» Пита Сингера, вошедшая в историю в исполнении Марлен Дитрих. По странному совпадению EINSTÜRZENDE NEUBAUTEN записали ее за день до смерти автора. Она выражает идею Бликсы о том, что Первая мировая на самом деле никогда не заканчивалась, и фактически продолжилась во Второй мировой. Дитрих покинула Германию перед войной, и занимала довольно жесткую антифашискую позицию. Ее антигитлеровские заявления были восприняты определенной частью немецкого общества как предательство. «Marlene go home», — кричали ей на концертах соотечественники. «Marlene go home» — звучит в «Die Befindlichkeit des Landes» на альбоме «Silence is Sexy», переизданном перед выходом «Lament».

Очевидно, выбор темы последнего альбома не случаен.  Бликса рассказывает о том, что важной частью пейзажа, окружавшего его в юности, были руины города со следами перестрелок. И даже после того, как пала Берлинская стена, в этом смысле мало что изменилось. Нельзя жить в Берлине, и забыть о войне. И не зря недавняя выставка фотографий Баргельда называлась «Einschüsse» («Следы от пуль»). Возможно, поэтому «Lament» — лучшая пластинка из всех, что записала группа с тех пор, как в конце 90-х сменила состав. И она меньше всего коррелирует с работами последних лет, хотя формально это все тот же поздний NEUBAUTEN, только еще более мягкий и минималистичный. Это работа того же порядка, что и «Die Hamletmaschine» и «Faustmusik». Просто немного тише. Ведь чтобы тебя услышали, шум не должен заглушать слова.

Людмила Ребрина