Уоррен Зивон. О людях и обезьянах

Warren Zevon

Список музыкантов, игравших в его альбомах, можно перепутать с алфавитным указателем справочника «Кто есть кто в современной рок-музыке»: Боб Дилан, Дэвид Гилмор, Брюс Спрингстин, Том Петти сотоварищи, Грэм Нэш и Нил Янг, группа R.E.M. в полном составе, Чик Кориа, наконец. Но его собственное имя известно, увы, не каждому…

В 1905 году из Киева в Нью-Йорк переехало еврейское семейство Животовских. Фамилию было решено сменить на более благозвучную для американского уха — Зивон. Жили Зивоны крайне бедно — лучшим лакомством и подарком ко дню рождения детей считались свежие огурцы. С самого детства Вилли Зивон мечтал выбраться из этой нищеты. Вилли не было и восемнадцати, когда вдвоём с младшим братом он махнул на запад, в Чикаго. Но в Городе Ветров юношей ожидало отнюдь не богатство и счастье. Им встретился местный гангстер, тут же втянувший Вилли в игорный бизнес и сопутствующие ему темные дела. Вильям Зивон на всю жизнь остался игроком и мелким жуликом, самым значительным фактом биографии которого было знакомство с мафиози Микки Коэном.

24 января 1947 года у Вилли Зивона, получившего кличку «Крепыш», родился сын Уоррен. Семьянин из Вилли был никудышный: в семье царил разлад, родители развелись, и мальчик жил с матерью в городе Фресно в Калифорнии, в то время как отец мотался из города в город, спуская деньги на ветер и лишь изредка навещая семью. Однажды в рождественскую ночь Вилли Зивон, гостивший у бывшей супруги, в очередной раз ушел играть в покер. Вернулся он на следующее утро с необычной добычей — фортепьяно. Беверли Зивон возмутилась, что фортепиано в доме не место, но Вилли жену слушать не стал и, не долго думая, запустил в нее ножом, но промазал. Фортепиано в доме осталось, и девятилетний Уоррен начал его осваивать.

Вскоре Вилли Зивон разбогател, остепенился и уговорил жену переехать с ним в Сан-Педро, в шикарный дом с видом на океан. И если во Фресно Уоррен считался самым умным ребёнком города, то в Сан-Педро за ним окончательно закрепилась слава вундеркинда. Трубач, дававший Уоррену уроки музыки, заметил талант ученика и решил познакомить его с дирижёром Робертом Крафтом, близким другом Игоря Стравинского. Тринадцатилетний Уоррен несколько раз бывал в гостях у композитора, где под руководством Крафта изучал партитуры Карлхайнца Штокхаузена. Но по радио-то звучал отнюдь не Штокхаузен! На волнах эфира была другая музыка, простая и доступная, и она Уоррену тоже нравилась. Он пробовал петь, слушал фолк-записи и учился по ним играть на гитаре. Вот только снимал он почему-то партии банджо, и техника игры выработалась весьма нестандартная.

Когда Уоррену исполнилось 16, его родители снова развелись. Нужно было думать о том, как заработать на жизнь, а концертирующему пианисту это сделать не так-то просто. Уоррен отправился в Нью-Йорк на машине, выигранной отцом в покер; думал стать фолк-певцом. Но не сложилось, и Уоррену пришлось вернуться в Калифорнию. В 1966 году он записал несколько психоделических песен в составе дуэта LYME & CYBELLE, затем устроился работать сочинителем песен на лейбл «White Whale» — его песни исполняли, в частности, THE TURTLES. Играл он как сессионный музыкант и с группой Манфреда Мэнна.

В 1969 году Уоррену позвонил Ким Фаули — человек, который первым заметил, что начинающих SOFT MACHINE может ждать успех, а в группе THE LANCASTERS играет талантливый парень по имени Ричи Блэкмор. Фаули недвусмысленно и нецензурно намекнул, что Уоррена может ждать богатая жизнь и любовь бесчисленного множества поклонниц, если только парень запишет сольный альбом под его руководством. Зивон согласился. Но когда дело дошло до записи альбома, Фаули быстро понял, что поп-идола из Зивона не выйдет.

Альбом «Wanted Dead Or Alive» получился мрачным, блюз-роковым, с сильным влиянием фолка — Зивон в то время слушал Джимми Рида. Несостоявшийся академический пианист и композитор в этом альбоме рычал блюзы, играл глупую карнавальную песенку «Iko-Iko» — словом, делал совсем не то, чего от него ожидал Ким Фаули. Звучала запись и вовсе так, как будто именитый продюсер просто махнул на неё рукой. Альбом с треском провалился. Зивон предложил лейблу материал для второго альбома, который хотел назвать «A Leaf In The Wind», но получил решительный отказ.

Некоторое время Зивон зарабатывал на жизнь сочинением рекламных джинглов для телевидения и радио, затем устроился пианистом в EVERLY BROTHERS, а однажды случайно раскрыл убийство в одном из баров городка Аспен, что в Колорадо.

Вскоре жизнь в Америке ему наскучила, и в 1974 -м Уоррен уехал в Испанию, где пел кантри в каком-то баре. А в это время в Калифорнии популярный автор-исполнитель Джексон Браун не упускал случая рассказать о том, что знает малоизвестного, но чрезвычайно талантливого парня по фамилии Зивон. В конце концов, Брауну удалось уговорить владельца Asylum Records Дэвида Геффена заключить с Зивоном контракт.

Вернувшись в Лос-Анджелес, Зивон удачно влился в компанию калифорнийских музыкантов, игравших негромкий, расслабленный фолк и кантри-рок. За музыкальные пристрастия эту компанию — Джексона Брауна, группы EAGLES и FLEETWOOD MAC, Линду Ронстадт и других — прозвали Mellow Mafia («спокойная мафия»). С их помощью Зивон записал второй альбом. Но у его музыки было мало общего с софт-роком Лос-Анджелеса, этими гимнами солнечной Калифорнии. Уже ко второму альбому сложился собственный стиль музыканта — ироничный, язвительный рок.  «Join me in L.A, paint the town grey» — приглашает Зивон. Его герои — воры, сумасшедшие, пьяницы, гуляки, люди со дна общества. Зивон не наблюдает за их жизнью изнутри, как, например, Том Уэйтс. Он как будто смотрит со стороны, но в действительности в этом проницательном интеллигенте есть что-то от каждого из его персонажей; пил Зивон чрезвычайно много и неумеренно.

Вдохновение он черпал из совершенно разных источников — от музыки американского композитора Арона Коупленда до песен Боба Дилана. Авторы «The Rolling Stone Record Guide» назвали альбом «Warren Zevon» шедевром, а журнал Time, подводя в 1980 году итоги прошедшего десятилетия, включил его в десятку лучших альбомов 70-х. Песни с этого альбома вошли в репертуар многих артистов. В частности, седьмой альбом Линды Ронстадт, разошедшийся миллионным тиражом, был назван «Hasten Down The Wind» по песне Зивона.

Но признание широкой публики пришло к Зивону только с выходом следующего альбома: «Excitable Boy» (1978) достиг восьмого места в чартах. Этот диск — еще одна череда ярких образов и необычных героев. Чего стоит один только безголовый автоматчик Роланд, преследующий своего убийцу по всему свету. На поздних концертах Зивона эта песня длилась до пятнадцати минут. Но публика приметила даже не её, а «глупую песню для умных людей» «Werewolves Of London». По иронии судьбы, для многих интересный и разносторонний автор Уоррен Зивон так и остался «чудаком, который выл волком в той дурацкой песенке про оборотней».

После неудачной попытки вылечиться от алкоголизма Зивон выпустил в 1980 году альбом, посвященный любимому писателю Россу Макдональду. От фолк-рока его музыка начинает отдаляться, хотя Зивону аккомпанирует всё та же «спокойная мафия». Местами «Bad Streak In The Dancing School» — почти хард-рок, а струнные интерлюдии напоминают об академическом прошлом автора. В альбом также вошли песни, написанные в соавторстве с Брюсом Спрингстином и Ти-Боуном Бёрнеттом. А источником вдохновения для текстов стали развод Уоррена с женой и… обезьяны. Обезьяны вообще всегда интересовали Зивона гораздо больше, чем самоанализ, рефлексия и прочие безусловно важные вещи. И в этом парадоксе весь Зивон; его песни балансируют на грани между комичным и трагичным.

В интервью он говорил: «Можно делать смешные вещи, можно обладать талантом смешить людей. Но чем больше говоришь о серьезных вещах, тем громче смеётся публика. Расскажи о том, что делал сегодня утром, и зал взорвётся смехом. Искренность тревожит людей. Многие серьёзные вещи мне кажутся смешными. Мне бы хотелось быть одним из тех важных, знаменитых исполнителей с большим самомнением и совсем без чувства юмора — таких сейчас полным-полно — но я просто делаю то, что мне нравится. Желания сделать что-нибудь грандиозное, как Бон Джови, у меня не возникает».

Вскоре вышел концертный альбом «Stand In The Fire», записанный уже без участия лос-анджелесских софт-рокеров. Многие считают его сильнейшей записью в дискографии Зивона, и если основным критерием считать драйв, то это действительно так.

Следующим альбомом стал «The Envoy» (1982), в котором Зивон размышлял о ситуации на Ближнем Востоке и ехидно пел об Элвисе Пресли. Кто знает, может, это поклонники Элвиса так обиделись, но продавался «The Envoy» из рук вон плохо. Asylum Records контракт с исполнителем разорвала. Зивон долго горевал по этому поводу и сильно запил. На пять лет он пропал из виду, записав за это время только один сингл с музыкантами R.E.M. под вывеской HINDU LOVE GODS.

Вернулся Зивон в 1987 году, уже полностью излечившимся от алкоголизма. В альбоме «Sentimental Hygiene» c Уорреном играет группа R.E.M., а Майкл Стайп на время занимает место бэк-вокалиста. Результат получился вовсе не сентиментальным — это мощный, бесхитростный рок-альбом с толикой напускного мачизма. Надо заметить, случилось это задолго до того, как R.E.M. максимально упростились в «Monster». Такая музыка в 1987 году была совсем не в почёте, но Зивон никогда не перекраивал своё творчество по последней моде, за что его и уважали коллеги: гостями альбома стали Боб Дилан и Нил Янг, а обязательная песня про обезьян — на этот раз фанковая, с участием Джорджа Клинтона (FUNKADELIC).

Во время записи «Sentimental Hygiene» Уоррен устроил большой блюзовый джем с R.E.M. Издавать то, что сыграли веселящиеся музыканты, никто не собирался, но джем всё же вышел позднее как первый и единственный студийный альбом HINDU LOVE GODS. И это, пожалуй, вторая после дебютного альбома неудача в карьере Зивона: довольно скучная и банальная блюзовая запись.

Зивон тем временем увлёкся творчеством фантаста Уильяма Гибсона и задумал масштабный концептуальный альбом о губительном влиянии технического прогресса на жизнь человека. На запись альбома были приглашены превосходные музыканты, и на этот раз не только рокеры. Вместе с Дэвидом Гилмором и Джерри Гарсией, Нилом Янгом и Йормой Кауконеном в новом альбоме Зивона сыграли джазовый пианист Чик Кориа и басист Джон Патитуччи. «Transverse City» стал самым музыкально насыщенным, мрачным и драматичным альбомом артиста. Популярный в 80-х сухой электронный саунд здесь — не дань моде, а выразительное средство. Как только лирический герой отрекается от цивилизации, провозглашает «I wanna live alone in the desert», музыка начинает звучать живей и естественней. Однако эта продуманная до мелочей работа оказалась провалом с коммерческой точки зрения.

В очередной раз сменив лейбл, Зивон записывает альбом «Mr. Bad Example» (1991), примечательный в первую очередь песней «Things To Do In Denver When You’re Dead», заглавие которой стало названием известного фильма Гари Фледера («Чем заняться мертвецу в Денвере», 1995).

Затем следует сольный акустический концертник «Learning To Flinch» где Зивон представляет старый материал в несколько более сложной форме, чем обычно, а также исполняет несколько новых песен, которые вошли в следующий альбом, «Mutineer» (1995), оказавшийся очередной коммерческой неудачей. Зивон говорил: «Сейчас нет ничего хуже, чем быть музыкантом, жившим в 70-х в Лос-Анджелесе. По некоторым понятным и некоторым слегка пугающим причинам это считается зазорным». Артист снова пропал из виду. Вышедшая в 1996 году антология, казалось бы, подвела итог его карьере.

Но Зивон вернулся снова в 2000 году с альбомом, который не без основания можно считать лучшим в его карьере. У лёгкого и светлого фолк-рока — к привычным для Зивона инструментам добавились терменвокс и флейта пикколо — здесь есть «двойное дно»: альбом «Life’ll Kill Ya» целиком посвящен теме смерти. Зивон говорил: «Моим идеалом в детстве был мертвец. Мертвец с моим именем, внешностью и устремлениями. Мой дядя Уоррен был военным, в нём все души не чаяли. Погиб в бою. Меня воспитывали, надеясь, что я пойду по его стопам. Я думал, что только уничтожив себя, смогу оправдать их ожидания».

Песни для следующего альбома были написаны в соавторстве с известными писателями и журналистами, в том числе и основоположником гонзо-журналистики Хантером Томпсоном; Уоррен на досуге руководил рок-группой, состоявшей из тружеников пера. Множество авторов, разнообразие стилей — от английского фолка до странного сочетания танцевального бита и нехарактерной для поп-музыки партии струнных. Но и здесь теме смерти отведено не последнее место: альбом назван «My Ride Is Here» («Я Поеду Здесь»), а на обложке музыкант изображен сидящим в катафалке.

Казалось, Зивон предчувствовал страшное. Он всю жизнь боялся докторов, и только в 2002 году по настоянию дантиста согласился пройти первое за двадцать лет обследование. Обнаружилась мезотелиома — форма рака лёгких; врач сказал, что жить Зивону осталось три месяца. Ещё одна поразительная цитата из интервью: «Я, бывало, вводил в ярость тех, кто брал у меня интервью. Меня спрашивали, чего это я всё пишу «песенки о смерти». А я отвечал: «Не знаю». И вот теперь, кажется, у меня готов ответ. Я думаю, мы, люди пишущие, как-то физически ощущаем свою судьбу, и работаем уже с этим ощущением».

Уоррен не стал лечиться — лечение отняло бы последние силы. Вместо этого он принялся работать над прощальным альбомом. Он прожил дольше, чем предсказывали врачи: успел завершить альбом, дождался рождения внуков-близнецов, и всё-таки увидел «Умри, но не сейчас» — новый фильм о Джеймсе Бонде. Музыканта не стало 7 сентября 2003 года. Любые слова о нечеловеческом мужестве Зивона перед лицом смерти банальны и бессмысленны — нужно просто послушать альбом «The Wind». Это единственный альбом, где Зивон смеётся. Без всякого повода, просто так…

Зивон ушел, осталась музыка. Осталась полумифическая «Симфония №1» — модернистское по духу классическое произведение, так и не сыгранное настоящим оркестром. Остались черновики, демо-записи и интервью — вот они-то стараниями сына Джордана и вышли в мае 2007-го двойным альбомом  «Preludes». В последние годы Зивону часто приходилось отвечать на малоуместные вопросы журналистов о смерти. И отвечал он неизменно иронично: «Наслаждайтесь каждым бутербродом. Неизвестно, какой из них станет для вас последним».

Александр Зайцев

Уоррен Зивон на Яндекс.Музыка